July 19th, 2020

Маковецкий Михаил Леонидович

Без халата

— Кукла Лена, ты в детстве любила школу?
— Ну, математика в школе была не мой конёк. А вот пение я любила.
— А физкультуру?
— Не помню про физкультуру. А почему ты спрашиваешь?
— Чтобы плавно подойти к вопросу — а почему ты, собственно, без халата?

— Да уж, чемодан воспоминаний у тебя всегда стоит под супружеским ложе, как я посмотрю, обормот. Про уроки пения мне напомнил.
— Да я сам в школьном хоре запевалой был, кукла Лена. Помню, «Ветерок метет снежок» так задорно...
— Так ты бы все равно с меня халат этот снял. Причем в обычной для евреев агрессивной манере. Вот и решила я тебя не напрягать лишний раз, причем максимально доступным способом. Ты ведь так устаешь на работе, христопродавец!
— Э-э-э. Признаться, почувствовал себя окруженным заботой.
— Угу. Чувствую, уже он уже достает из широких штанин. А я меня кастрюля только на плиту поставлена. Так что не лезь пока
— Кастрюля... Евреев никогда не сдерживали условности, кукла Лена.
— Только в дом зашел, а уже в половых утешениях он нуждается, обормот. И условности его не сдерживают. Тут сложно найти цензурный синоним. Даже невозможно. Сиди тихо, кому сказала! Из евреев обычно получаются дивные печальники за русский народ. Заслушаться можно. Вот и расскажи пока что-нибудь.
Вон, наша главная бухгалтерша говорит, что впереди только пропасть. Та еще сволочь, конечно. Но здесь она даже не врет, как мне кажется. Это правда? Или, находясь в самоизоляции, многие фантазировали? А то я что-то волнуюсь, честно тебе скажу.
— Нет, кукла Лена. Конечно, не без геморроя, но мы движемся только вперёд. В светлое, не побоюсь этого слова, завтра.
— Так проверка же была. И что-то там выявила.
— Да, трудности есть, кукла Лена. Но только в лице коронавируса. А любая проверка должна что-то выявить, иначе это выглядит слишком подозрительно на предмет взаимства. Но наш гендир в 90-х через такое перескочил....
А тут «не соблюдение правил пожарной безопасности при хранении горюче-смазочных материалов». Да это детские игрушки!

Думаю, и сейчас он выкрутится, причем за недорого. А что касается нашего главбуха, так недалёким людям свойственны безосновательные обобщения. Не акцентируйся на этом, кукла Лена.
— А еще мне его узбечка мне рассказывала, причем со слезой в голосе...
— А что его узбечка? Восток — тело тонкое...
— В её вполне ебабельной головке не присутствует ни грамма мозга, конечно. Но все-таки...
— Но мне ты больше нравишься, кукла Лена.
— Правда? А я же жирноватая. Тортик «Ходячий холестерин» в юбке.
— Перестань. Ты гений частой красоты, кукла Лена, как говорил Алишер Навои по этому поводу. Есть старая еврейская народная мудрость, мой дедушка мне рассказывал ее на идиш. По-русски она звучит следующим образом: «Деньги могут быть бездарно разбазарены или потрачены на продажных женщин, Трети иго не дано»
— Блин, а эти бегают тут... с выпученными глазами в поисках большой и чистой...
— О чем ты, кукла Лена? Куда они бегают в поисках?
— Да все о том же! Шепчутся по углам про меня: «содержанка», «содержанка»! А я так скажу. «Мечта всех этих порядочных дам из бухгалтерии — полуимпотент с деньгами. А остальные мужики у них считаются некондицией. Да сами они результат усушки и утруски в условиях длительного хранения! А мне на твою потенцию плевать.
— Что, совсем?
— Сколько есть — столько есть, я имела ввиду. Хоть сотри до кости, хоть сточи под ноль свой обрезанный. А вот насчет денег никаких компромиссов, это да. А они просто бездельницы, работать с мужиком не хотят.
А я специально халат сняла и белье надела, которое тебе нравится. Потому что ты мне на карточку деньги переводишь. И это правильно.
А им еще пускай кто хоть копейку за это заплатит! Усатую Еву любя. Бесформенным клушам этим. Я им завтра расскажу, как ты пришел с работы, старый, усталый. И как тебя застряло, когда ты меня без халата увидел. Стервы завистливые!
Маковецкий Михаил Леонидович

За что на Западе Россию не любят

— Горят собо-оры и заводские корпуса. Могу назвать вам адресы.
—Верховного смотрящего хорошего нету — вот пацаны зону на бунт и подняли. Распелся он тут, нехристь.
— Да, кукла Лена, я пою, но себе под нос.
— Так нос то у тебя какой? Вот и получается в полный голос.
— А тебе, кукла Лена, следовало бы быть политически грамотнее. Карл Маркс и Фридрих Энгельс — это не муж и жена, а четыре совершенно разных человека! А Слава КПСС — это не только не еврей, покачивающий перьями на шляпе, а и вовсе не человек. Я вообще не понимаю, чему тебя в школе учили, кукла Лена,
— Слушай, я твоя содержанка, а не твоя внучка, мировая ты закулиса. Не приставай. За несделанные в школе уроки он меня отчитывает.
— Да какая разница! Даже пышногрудые красавицы не понаслышке знают...
— А вот лепить из меня продавщицу винного одела не надо. Я девушка тихая и кроткая, просто иногда робко о себе напоминаю. Но всё, что полагается знать пышногрудой красавице — я выучила назубок. У тебя что, ко мне в этом плане претензии есть?
— Ну извини, кукла Лена, увлекся. Твоим декольте навеяло, засмотрелся. Я просто отвечаю на поставленный тобою вопрос, любимая:
19 февраля 1861 в Российской империи было отменено крепостное право — и сразу все посыпалось. Уже 17 марта того же 1861 года, то есть через месяц, возникло государство Италия.
— И далее понеслось гавно по трубам, ты хочешь сказать?
— А по чему же ему нестись, кукла Лена? Уже 6 декабря 1865 года в США было отменено рабство. Это сразу породило множество трудноразрешимых проблем, которые к сегодняшнему дню только усугубились.
Но жирной точкой в этой лавине этих катастрофических событий стало объединение Германии, которое случилось 18 января 1871 года.
Дольше всех держалась Бразилия. Но, в конце концов, 13 мая 1888 года рабство отменили и там...
А если бы крепостное право в Росси тогда не отменили — мы бы все до сих пор как в масле катались. А ты еще спрыгиваешь, кукла Лена, за что на Западе так Россию не любят.
— Та-ак, я вижу тебе сегодня фатально не повезло, космополит ты безродный. Ты что, не знаешь, что все это были битвы еврейских мальчиков?

При чем тут Россия, христопродавец? С гневным ужасом констатирую, но пока напоминаю тебе об этом очень осторожно и вежливо. Твои жалкие русофобские попытки... «И вот мы увидели первые конвульсии агонии», — можно смело сказать.
Продолжаешь изумлять тех, кто наблюдает за твоими фокусами, христопродавец? Не заставляй меня рыдать от умиления, когда я буду вспоминать о том, как ты при жизни переводил мне деньги на карточку. Молчи уже. И не ланей меня, у меня кастрюля включена.
Я вижу в тебе карикатурного злодея, вынуждена прискорбно констатировать. Погружаются он в пучину без дороги назад... Просто нет на тебя слов кроме матерных. Я тобой просто ошарашена, честно тебе сказать.
Нет, опять он меня лапает! Ожидаемого удовольствия от этого я не получила, так и знай. А теперь расскажи, что евреи по-прежнему самые шумные в мире, как ты это любишь. Тихо сиди, кому сказала!
— Просто растоптала на заседании Парткома. Кукла Лена, ты что, хочешь, чтобы я, презрев официозные каноны о любви к веснушчатым девчонкам...
— Та-ак. Мой вопль души снова не был услышан, как я посмотрю. Еще и по попе он меня шлепнул. Но это меня не сломит и не заставит отступить!
И потом, я тебе что? Пугающая своими формами доярка из деревни под Рузой? Как ты со мной обращаешься?
— Это был реально акт гражданского мужества с моей стороны, кукла Лена. Извини пожалуйста, это я сгоряча.
— Обращайся со мной ласковее, нехристь. Не водишь что ли, у меня внешность почти модельная? Смотри, мировая закулиса, ты старый и скоро умрешь. Потом твои следы исчезнут, а я останусь лишь с далеким воспоминанием о том, как ты переводил мне деньги на карточку.
А потом твое существование, как жидо-масона, и вовсе будут отрицать. А я останусь безутешная и без средств существования. Ты этого добиваешься!?
— Я добиваюсь совсем другого, кукла Лена. И, в связи с этим, желаю тебе сообщить следующее:
Модельная внешность и красивая женщина — это вещи взаимоисключающие. Поэтому не существует ни одной порноактрисы, которая бы имела модельную внешность. Ты настолько привлекательная, кукла Лена, что ни о какой ссохшейся баскетболистке в широченными плечами здесь и речи быть не может.
— Подлизывается он, русофоб. А с кем это ты тут в цветочках стоишь?

— Да это так...
— Ты, нехристь, злопамятный, легкоранимый и самодовольный. И ведешь себя соответственно...
Поешь сначала, а потом уже меня в спальню тянуть. И инсулин, небось, еще не уколол...