March 12th, 2021

Маковецкий Михаил Леонидович

Спортивная форма

— Все бы тебе только пуговички на мне растягивать, мировая ты закулиса. А то, что я потом эти пуговицы собираю по всей кухне и пол часа обратно пришиваю к новой кофточке — так тебе плевать. Потому что не любишь ты меня.
— Кукла Лена, ты не права. Я с тобой очень люблю разговаривать. А уж как я тебя люблю вообще, как люблю…
— Угу, разговаривать он со мной любит. Если я без достаточно глубокого декольте — ты же меня даже не замечаешь, христопродавец. Чулочки с поясом под обтягивающее платье на мне — это для тебя серые будни.
— Не серые, кукла Лена. Ажурные будни.
— На высоких каблуках даже завтрак тебе подаю — без этого от тебя даже шлепка по попе не должёшься. Нет, когда кофточку сняла и лифчик кружевной показала а также то, что в нем находится — тебя трясти начинает, это есть. Но до этого…
Опять он руки распустил, обормот! Все на месте, проверяет он. Куда оно денется? Ты мне луче скажи — мы поедем на Новый Год в Израиль?

Что-то хочется на Новый Год по пляже в Эйлате походить. Вот там и приставай — и пусть там на тебя весь пляж с завистью смотрит. А то тут, в Новом Уренгое, ты вроде и начинаешь, жидо-масон, а потом всегда получается, что раздеваешься мне самой. Романтики никакой.…
— Зато сколько социалистического реализма, зовущего к новым свершениям…
— Ну поболтай со мной немного, я же тебя весь день ждала этой чертовой полярной ночью. Почтенная чета лютых алкоголиков за стеной, наши соседи, опять собачатся, да еще и не по-русски — вот и все мое развлечение за целый день в эту темную ночь.
— А может, кукла Лена, нашим пьющим соседям просто хочется бурной сексуальной жизни? Мощных оргазмов, сладких судорог, пронзающих все тело? Они ругаются на никому неведомом языке. О чем речь — понять же невозможно.
— Зато у тебя, христопродавец, сексуальная жизнь еле теплится, как я посмотрю. Я уже и шубку набросила на голое тело — все твои вкусы выучила. А ты: «Я устал на работе…».
Угу, сказал правду, что тобой случается исключительно редко. Ты, сионист, еще исполни мне печальную песню представителя малых народов Севера, потерявшего во время пурги свое стадо оленей. Так я тебе и поверила. Устал бы — приехал бы в обед отдохнуть. А я ведь тебя ждала! Окрыленная надеждами, между прочим.
Сидишь тут, под северным сиянием, и платье от Шанель, серьгах от Микимото, туфлях от Гуччи. Только итальянские бренды, никаких изделий Ивановских ткачих. Вся в напряжении, на пике спортивной формы, можно сказать!
Находишься тут на низком старте — начинаешь энергично вываливать из декольте и разрезов всё, что только можно и даже нельзя. А этот христопродавец даже не явился! Кильку в томате в рабочей столовой он в это время глотал, видите ли!
— Интриги в гареме? Евнухи распустились и для восстановления правопорядка был применён слезоточивый газ «Черемуха»? Что случилось, кукла Лена? Откуда в томной женщине из народа этот бурлящий гнев воинов джихада? А, между тем, Письменная и Устная Тора неоднократно подчеркивают необходимость для каждого еврея заниматься общественно полезным трудом шесть дней в неделю. А требованиям Торы я пренебречь не могу, кукла Лена. ты же знаешь.
— Почему ты, христопродавец, в обед домой не приехал!? Я кого спрашиваю? Только не рассказывай мне про девятнадцать ножевых ранений и потерю почти трех литров крови. Опять, небось, после обеда в кабинете спать завалился, лекарств, небось, не принял. Хочешь меня молодой вдовой оставить без источников существования, с Письменной и Устной Торой наедине? Русофоб ты после этого!
— Перестань! Срочно потребовался трезвый представитель Малых народов Севера или инвалид труда на склоне лет. И я вынужден был поприсутствовать. И потом, кукла Лена, я не русофоб, а искренний патриот России. Особенно, когда вижу тебя малоодетой. И еще, я не шпагоглотатель, кукла Лена, чтобы обедать на работе. Просто закрутился.
— Или уже все, любовно обрезанное помпезное здание синагоги более не служит первоначальной цели, ради которой оно было создано природой? Так ты мне так прямо и скажи — я пойму эту рвущую на части сердце историю отморожения..…
— Кукла Лена, главное мое лекарство — это ты, особенно на пике спортивной формы. Так что синагога мной используется строго по назначению. Это инсулин на меня давно не действует. А вот насчет шубы ты не права. Ну почему же только шубу на голое тело? Мне, как истинному представителю малых народов Севера нравится, к примеру, когда простая голая женщина из народа встречает меня в валенках и ондатровой шапке….
— Угу. Причем шапку она зажала между ногами, а валенки прижала к груди. . Какой у тебя, безродный ты космополит, отменный вкус на Крайнем Севере сформировался! Фамилию на «Серпимолотов» поменять не хочешь? Или там на «Серпимолотзон», а то в синагогу не пустят…
Ну все, все, раздухарился он: «Глобальное потепление мне только снится, любимая!». Поешь сначала, я пол дня готовила. А синагога твоя обрезанная потом — куда я от тебя, обормот, денусь.
Маковецкий Михаил Леонидович

Мартовские аиды и трудовой путь куклы Лены

— Называй меня мартовским аидом, кукла Лена.
— Потому что сегодня 8-ое марта? А что это вообще?
— «Мартовские» — это от слова «март». «Аид» (איד) на идиш означает «еврей». А ты у меня такая красавица!

Ну и как мне после этого не чувствовать себя мартовским аидом?
— Угу. Не зря моя мама говорит: «Еврей, доченька, феноменально красноречив. Он себя может уговорить в чем угодно». Теперь вот аида на мою голову он придумал. Смотри, христопродавец, веселой вдовой ты меня взял, веселой вдовой ведь и оставишь. Совсем ведь диету не соблюдаешь. А алкоголь? И Белая Горячка тебя не берет.
Ну и что я без тебя делать буду, аид ты мартовский? Мама уже возрасте, болеет, мой сын Антошка только в третий класс ходит. Просто зла на тебя не хватает! У нас, в деревне под Рузой, я и на трусы себе не заработаю. Хоть руками, хоть головой, хоть чем.
Это, не говоря уже о том, что женщинам на работе у нас обычно предлагают выбирать между лопатой, ломом, кувалдой или убрать навоз за каровой в ночную смену. А я предпочитаю хоть твои рассказы о Стене Плача слушать, но лежа в кровати. Или переживать депрессию лежа на диване перед телевизором, пока ты работе...
Чтоб не покупал мне больше шоколадных конфеты. Лучше фрукты, ты слышишь? А-то я что-то формы раскормила... Ну что ты сразу лапать лезешь — ну слова же ему сказать нельзя! Обормот!
Угу. И сразу надулся он. Ты знаешь, мне ведь и укладкой савковой лопатой дымящегося асфальта приходилось заниматься, пока ты меня не обольстил переводами мне денег на карточку «Мир», правда. У меня даже в трудовой книжке так и написано: «Принята на работу в качестве Менеджера по перемещению асфальта».
Мне, правда, еще работу предлагали — забираться на высоту более десяти метров для выполнения верхолазных работ. Н зарплата там была хорошая. И возможность полюбоваться прекрасными головокружительными видами там открывалась на красоты города Рузы.
— Ну и чего ты такую завидную службу бросила, кукла Лена.
— Я ее бросала, а туда вообще не пошла, ты только это моей маме не рассказывай — тогда с деньгами совсем плохо было. Ну не входили крыши пятиэтажек даже в мои самые дерзкие и смелые жизненные планы. Хотя проблема «голого зада» тогда стояла передо мной просто критически.
Тем более, что началась потом дама, которая по своей воле полезла на многоэтажные здания — но такая была одна на всю Рузу. Да и как женщину я ее не рассматриваю ввиду ее сухости телосложения и абсолютной антикварности. Прям пролетарии за однополые браки что на внешность, что по характеру.
А другие наши девочки всё больше жались к бетономешалкам. Я, к примеру, высоту боюсь до смерти, у кого еще что. Так что остальных для работы на верхотуре откуда-то из округлых сел привезли. Им всё равно было — они там не к такому привычные.
Молодцы они все-таки — крали буквально все, что не прибито и не приварено. А на крыше в этом плане раздолье — контроля нет практически никакого. Там рубероид лежал, что-то на металлолом можно сдать, даже на цветные металлы. Кирпичи какие-то лежали, одно голубей ловила для чебуречной. Да мало ли.... Они там даже одного мужика поселили — ну, пока он в федеральном розыске был.
— В этом месте я бы с радостью бы промолчал, кукла Лена. Но совесть велит иначе.
— Ты специально нагнетаешь на меня ужас, чтобы я крепче к тебе прижалась? Ну ни упасть, ни подпрыгнуть — так зажал. Быстро меня отпустил! И без твоих слов понятно, нехристь, что хорошо хоть — жизнь потом все и всех расставит по своим местам, когда ты ко мне воспылал интересом.
Ну верила я в себя — с такими-то сиськами. Вот и бросила я вызов общественному мнению. У другой у девушки биполярное расстройство развилось и ее пивом лечили в клизмах.
— Отпустило?
— Да куда там! Пиво кончилось. Но потом, вроде, само отлегло. Тут-то то трудовые горизонты ты для меня сильно и расширил, конечно, чего уж и говорить. Просто в самый раз подвернулся, тютелька в тютельку. Поэтому мною твои предложения и были восприняты с таким большим интересом. Иначе бы я в этот чертов Новый Уренгой никогда бы и не поехала.
— А я ведь так боялся, что мои лучшие мои порывы будут «похоронены» интригами, кукла Лена. Чувство то во вспыхнуло такое большое!
— Ситуация, когда необходимость заработать деньги не оставляет в жизни молодой девушки места для мечты мне категорически неприемлема, — от такого так всё и получилось. Ну и что тут для тебя обидного? Как-то не в этом я вижу свою своя биологическую миссию, я хотела сказать, просто выразилась неудачно. Давай я лучше прижмусь к тебе, а то что-то дует откуда-то. Помнишь, как в Израиле тепло было?

Когда только карантин снимут, о Господи, ну кто эту полярную ночь придумал только! Всё само сниму, не лезь, а то опять застежку сломаешь. Косметических наборов с гелем для душа и мочалкой надо купить, не забыть бы.... раскладывает он меня по-хозяйски...