May 20th, 2021

Маковецкий Михаил Леонидович

Арабы и традиционное арабское общество

Традиционное арабское общество азиатской части арабского мира делится на кочевников (бедуины) жители деревень занятых сельским хозяйством (феллахи) и жители городов (мединим). Мединим (горожане) — это торговцы и ремесленники.
Национальности, в европейском понимании этого слова, в арабском мире не существует. Сословные различия в арабском мире заменяют различия национальные. Как это, собственно, происходит в любом обществе, разделенном на сословия.
Общество, в котором сформирована этническая идентичность — сословные различия убивает. Но арабский мир в своем развитии еще не дошел до этапа возникновения наций. Арабское общество разделено на сословия, которые выполняют как функцию собственно сословной, так и национальной принадлежности.
Сословия в арабском обществе разделены даже антропологически. К примеру, достаточно месяц прожить в Израиле, чтобы по чертам лица безошибочно определять — кто перед тобой: бедуин из Негева, феллах из Галилеи или меданиим из Иерусалима. Смешанных браков между ними не бывает, а чисто внешне отличить бедуина от феллаха не труднее, чем отличить грузина от белоруса.
В культурном отношении между бедуинами, феллахами и жителями городов— пропасть. К примеру, бедуины могут перерезать горло любому, кто попадется, ради пары носков. Причем носки при этом могут так и не забрать. Поэтому за бедуинами справедливо закрепилась слава подлинных борцов за народное дело (гуашь, пастель (сухая и масляная), карандаш. Можно бюст, конный или на верблюде.).
Поэтому же традиционная экономика бедуинского общества носит строго набеговый характер. Существование в рамках упорядоченного государства для бедуина просто оскорбительно. Ему подавай ИГИЛ.
Феллаху же такая романтическая постановка вопроса чужда. Будучи рачительным хозяином, он носки заберет обязательно — в хозяйстве все сгодится.
В отличие от феллаха, горожанин постарается продать эти носки в пять раз дороже, чем они стоили новые.
Но все они называются «арабами», потому что все они говорят на одном из диалектов арабского языка, вернее на одном из арабских языков. И все они по религиозной принадлежности являются мусульманами-суннитами.
Не мусульмане-сунниты, даже если они говорят на одном из диалектов арабского языка, и сами себя не считают арабами, и арабы их таковыми не считают. То есть, шииты, друзы, алавиты, христиане, живущие в арабских странах и говорящие на арабских языках — арабами не являются.
Поэтому суннито-щиитский конфликт, сотрясающий сегодня Ближний Восток, может только обостряться. Ключевым моментом современного конфликта между суннитами и шиитами стала революция 1979 года в Иране.
И, как точно заметил Владимир Владимирович: «Есть у революции начало, нет у революции конца». Но в этой емкой фразе нужно четко понимать («Причем тут мать?» — спросите вы), что слово «конец» здесь имеет свое прямое, а вовсе не иносказательное значение.
С момента исламской революции в Иране шииты все меньше стали мириться со своим униженным положением, а потому этот конфликт только углубляется. Аналогия отношений между белыми и неграми в ЮАР очень напоминает отношения суннитов и шиитов в исламском мире, где белые — это сунниты, а негры — это шииты.
И тут евреи опять решили, что без них картина дня будет неполной и, как обычно, оказались правы. Евреи

жившие в арабских странах, не являются арабами, хотя они и говорили на одном из арабских языков.
Религиозная принадлежность в таком обществе неотделима от сословно-этнической и является ее неотъемлемой, даже основополагающей частью. Евреи, кстати, является частью этого мира.
Евреи. Да, у еврейских женщин есть три вещи: шлимазл-муж, гениальный ребенок и немножко лишнего веса. Но, при этом, с еврейским мужчинами связываться не надо. Этот постулат в арабском мире начинают понимать все лучше и лучше день ото дня. На это обстоятельство указывают даже аналитики «Вашингтон пост» Энн Эппельбаум, «Атлантик» Джеффри Гольдберг и «Нью-Йоркер» Давид Ремник.
Еврей обязательно должен исповедовать иудаизм — или он перестает быть евреем. По еврею, который выкрестился, иудеи осуществляют траурные церемонии, как по умершему. И наоборот, если кто-то принял иудаизм — он стал не только иудеем, но и евреем. Такая она, проза кошерной жизни. А также ее поэзия.
Этот постулат очень четко выражен и в израильском «Законе о Возвращении» (Мы тут не за хлебом стоим, мы пришли вернуть свою страну): «Этнически еврей, исповедующий иудаизм или не исповедующий никакой религии имеет природное право на репатриацию (возвращение на Родину) в государство Израиль.
Этнический еврей, исповедующий любую другую религию, кроме иудаизма, право на репатриацию в Израиль утрачивает».
Еврейский народ, который уже врос в родную землю по самый корнеплод, соблюдает это правило неукоснительно.
Покоя и сна такая постановка вопроса арабский мир не лишает. Наоборот, именно такое положение вещей является абсолютно логичным и единственно правильным для арабского общества, в котором, повторюсь, этническая идентификация еще не сформировалась, а конфессиональная принадлежность, наряду с сословной, является базовой для самоидентификации человека как члена общества.
Маковецкий Михаил Леонидович

Первая ходка (лирическое)

— Я была осуждена по статье 211-й, часть вторая (потом мне изменили её на часть третью), — рассказывает она во время обеденного перерыва девочкам из бухгалтерии. А они ее слушают затаив дыхание, — Провела на зоне два с небольшим года, потом откинулась. Попала под УДО (Условно-Досрочное Освобождение). Скорей даже не за примерное поведение, а за хорошее пение.
— А ты чего — поешь хорошо? Ну всё. Сегодня праздник у ребят, ликует пионерия…
— Ну как хорошо? Исполняла песни на грани фола, затрагивая сексуальную тематику. Пела я голая.

Залезу на стол в его кабинете, разденусь наперегонки, как в армии, пока спичка горит, как сейчас помню — каждое то движение было доведено до автоматизма! А гражданину начальнику по режиму это очень нравилось. Иногда, правда, он пальцы обжигал. Но что делать — работа у него такая....
— А что пела то? «Бродяга Байкал переехал»?
— Да причем тут? Пела проникновенные песни о нелегкой бабьей доле. Трепетные у меня с ним были отношения — это да. Он мне, даже, бывало говорил: «Позиционируешь то ты себя бревном в постели. А сама...». С понимаем относился! Потому что простой мужик был...
— Да ерунда это всё, — разочаровано прокомментировали эпизод с горящей спичкой девочки из бухгалтерии, — Акула то оказалась самкой, и это разочаровывает. Вот у нас кукла Лена есть. Ну, такая с сиськами на выпуск. Так с ней настоящий жидо-масон живет. Она у него в кабинете сидит. А иногда лежит — он в нашей компании начальник коммерческой службы, кстати...
— Из простого народа, начальник по режиму то был, небось? — с завистью уточняет вступившая в беседу моя кукла Лена, — Не то, что мой космополит. Нет, он, конечно, тоже человек то хороший, не жадный. Деньги мне на карточку «Мир», за то, что я с ним сплю, переводит.
— Через бухгалтерию, всё как положено, — подтверждают девочки из бухгалтерии.
— На белом Мерседесе меня катает

продолжает кукла Лена, — А вот душевного тепла, конечно, я от него не вижу. Но, ему меня не сломать, конечно.
— Тебе не удастся заставить меня прекратить национальную борьбу, — бывало ему говорю, — Быстро меня отпустил, христопродавец. Никто и ничто не смогут меня остановить!
— А он чего?
— Лыбится на все зубы, что у него есть, и не отпускает. Даже наоборот.
— Понятное дело — христопродавец, — вздыхая, подтверждают девочки из бухгалтерии, — Умные ракеты Трампа и Биробиджан — звенья одной цепи. Мы же понимаем, не маленькие. Да и бухгалтерский учет учили. Ну а что, с другой стороны? Радикально, действенно и полезно для общества...
— Так что у нас с тобой есть общая боль оказывается? — продолжает моя кукла Лена, — Ты знаешь, сама то я из деревни под Рузой...
Далее, в ходе в беседе за обеденным столом, выяснилось, что сиделица, освобождение по УДО, мотала срок за сбитого по пьяному делу пешехода. Которого она снесла в кювет на КАМАЗе.
— Тротуара там не было, хотя, вроде, и населенный пункт. Ну и освещения. Откуда? У меня правая фара как раз не работала, а этот пъиздюхал, прихрамывая, по обочине. Там от станции километра два идти...
...А начиналось это следующим образом. В беседе с гендиром ей удалось создать у него убедительный образ разбитной грудастой плохой девочки. Доброй внутри, жаждущей у нас, за Полярным кругом, настоящего тепла и ласки девки с окраины какого-то промышленного города на Урале. Чего-то там Магнитокузнецк или что-то в этом духе.
И он направил ее к мне, в коммерческий отдел, менеджером по работе с клиентами, сопровождая это такими словами:
— Только потому, что ты делаешь тут у нас карьеру старого евнуха. В смысле, твоей куклы Лены тебе хватает выше головки. Жил себе еврейский дедушка долго и безрадостно, пока не встретил настоящую профессионалку на своем жизненном пути ...
Как обычно, наш гендир оказался прав. Она оказалась добросовестным работником. Хорошо себя показала на ниве борьбы с коронавирусом, привилась безропотно. Да и контрагенты нашей компании воспринимали ее хорошо — могли даже расчувствоваться, вспоминаю былые дни, душевно поговорив с человеком, по настоящему понимающим и тонко чувствующим блатную феню...
Жаль только, что гендир ее сразу предупредил, что если она продолжит у нас в компании свою вокальную карьеру — то он ее сразу выгорит. Чем безнадежно испортил возникшую было атмосферу тихого домашнего праздника всей коммерческой службе нашей компании.
Маковецкий Михаил Леонидович

Велосипедная прогулка

— Кукла Лена, ты не будешь в таком мизерном количестве одежды кататься на велосипеде по деревне под Рузой

Если я уже на себя что-то и надеваю, то только для того, чтобы выводить на передний план свои неоспоримые достоинства, а не их прикрывать. Просто нужно перед выходом в люди попрыгать, чтобы убедиться, что все стратегически важные места остаются на своем месте. А то бюстгальтер потеряешь — а потом объясняй ему, что он был...
В этом сезоне вообще во всех сферах моды актуален минимализм, если хочешь знать! А лаконичные, даже скупые модели выгодно подчеркивают мою индивидуальность, а не перетягивают внимание на себя.
А вот евреи, тем временем, опять указывает русским, что им делать или не делать в собственной стране. Да будь твоя воля — ты бы меня навеки заточил наедине с холодильником. А мне двигаться надо. Причем на природе — чтобы ветер в лицо.
Короче говоря — без носатых обойдемся как-нибудь с их бесконечными турбулентностями. Я нахожусь на своей родине, причем как большой, так и малой. А этот христопродавец рассказывает мне — что надо одевать или раздевать, когда я на велосипеде езжу.
Совсем кагал берега попутал? Здесь тебе не левый берег реки Иордан, ты понял! Ты мне купил дорогой велосипед — а сам кататься на нем не разрешаешь!? Если ты мне платишь деньги за то, что я с тобой сплю, так что — ты из меня веревки теперь будешь вить и в бантики их завязывать? Ну ничего, я тебе сейчас быстро Кишинёвский погром устрою...
— Надень на себя хоть что-нибудь, стерва сисястая, — прерывает пламенный поток слов куклы Лены ее мама, — крупные цветы на купальнике итак добавляют объёма, но эта... активизировалась на антиизраильском поприще с утра пораньше.
А ведь могла же остановиться на полосатом купальнике, который и выгодно силуэт вытянет, и сделает все колыхания зрительно спокойнее. Но нет же... Топ с лямкой через одно плечо с глубоким откровенным декольте она себе позволила, блин. Купальники-монокини с декоративными вырезами на боках.
— Небольшой животик скрываю. Он сам виноват — всё время шоколадные конфеты мне покупает. Раскормил, блин, как будто на убой меня готовит, а не для постели.
— И «звериный» узор ей всё покоя не дает —леопардовую расцветку она себе позволила. Дикой кошкой опять хочешь стать, молодость вспомнила? Забыла, что тебя давно на теплой кухне держат, свежей сметаной от пуза балуют? Тебе твой мужчина сказал, пока по-хорошему: «Не трясти бюстом в людном месте». Ну и что тебе здесь непонятно?
— А хъуле мне стесняться, секс то дорожает! Грехопадение пожилого еврея устроила, в блуд втянули бедолагу. Пусть по попе меня шлепнет, если ему что не нравиться — я приму к сведению. А так, на словах, мне его сентенции набили оскомину.
А попе может себе позволить, он же мне деньги на карточку «Мир» за то, что я с ним сплю. И велосипед вот купил какой. Значит, мною доволен. Его же от самодовольства распирает, когда на меня все вокруг пятятся.
— Угу, прям все. Особенно весь класс твоего сына. Который завтра будет горячо обсуждать форму и величину твоих сосков. Антошка то холит в третьи класс, он что, думаешь, еще ничего не понимает!?
Слушая этот довод своей мамы, кукла Лена обижено сопит, но молчит. Потом, обращаясь ко мне, говорит следящее:
— Не поеду я эту на велосипедную прогулку. Еще упаду в коровью какашку — а они все будут надо мной смеяться. Скажи ей что-нибудь. Я твоя содержанка — а ты меня не защищаешь.
— Кукла Лена, ты права, не надо никуда ехать. Лучше, пойдем, ты отдохнёшь, пока голая, а полем обеда мы поедем на Мерседесе в Рузу. Нам уже послезавтра улетать в Новый Уренгой — а ты Антошке еще велосипед не купила. Возьмем его, твою маму, пускай ребенок сам выберет.
— Да? Правильно. Ты очень умный, христопродавец, а это потому — что ты еврей.

Я так считаю. Поэтому пойдем в спальню. Действительно, что два раза трусы то снимать, действительно?
Мама, скажи Антошке, что после обеда поедем ему велосипед выбирать. Где он там бегает? Я давно ему подарок хотела сделать, просто сказать забыла.